Однажды, когда Лиан играл на своей дуду, он заметил корабль, плывущий по поверхности моря. В испуге он резко спрятался за ближайший камень, но его заметили. Люди с корабля оказались из королевской семьи, и они пленили молодого русала. Король, увидев Лиана, был поражён его красотой и решил запереть его в большом бассейне во дворце. Вечером, когда дворец погрузился в тишину, Лиан сидел и грустил, вспоминая свою свободу. Вдруг, одна из прислужниц, привела в его темницу принцессу. Она была очень красивой, с длинными, золотыми волосами и кожей, бледной как луна. Слуга показала ей пойманного русала, но в её глазах Лиан увидел жалость, а не злость. Когда все уснули, принцесса снова пришла к нему. Она тихо открыла дверь темницы и, убедившись, что никто не видит, подошла к Лиану. — Почему ты играешь так красиво на дуду? — спросила она, её голос был еле слышен. — Мелодия называется ?Танцующая волна?, — ответил Лиан, — она помогает мне выразить то, что я не могу сказать словами

Рядом у его ног лежала очередная фаворитка — прекрасная суккуба, которая ещё час назад клялась, что сумеет развеселить повелителя. Теперь она дрожала от страха, потому что он даже не взглянул на неё. — Уберите, — произнёс он тихо. Два демона тут же подхватили девушку и утащили прочь, пока она не начала умолять. Асмодей закрыл глаза. Скучно. Опять. Он уже хотел разогнать весь двор и утопить половину слуг в озере лавы, когда двери зала распахнулись. Главный распорядитель дворца — старый демон с обожжённой половиной лица — пал ниц. — Мой король… новая прислуга прибыла из верхнего мира. Асмодей даже не шелохнулся. — И? — Среди них… человек. В зале стало так тихо, что даже цепи перестали звенеть. Асмодей медленно открыл глаза. — Человек? — его голос был мягким. А это всегда означало опасность. — Да, мой повелитель. По ошибке портала… или по воле судьбы, — демон сглотнул. — Нам казалось разумнее… не убивать её сразу. На губах короля появилась едва заметная улыбка. Впервые за долгие годы — искренняя. — Приведите.

Вечером Лиана шла домой одна. Улицы уже темнели, воздух стал прохладнее. Она услышала шаги позади себя. — Тебя проводить? — тихо прозвучал голос. Она обернулась. Это был Кайлен. Он держался спокойно, но в его глазах мелькнуло что-то… хищное и одновременно нежное. Она кивнула. Они шли молча. Но это молчание не было неловким. Он чувствовал её тепло.

(всем привет МОА) это группа ТХТ в этом группе 5 участников Чхве Субин (25 лет 1,85 см характер ответственный, спокойный, добрый лидер группы) Чхве Бомгю(25 лет 180 см характер энергичный, общительный и жизнерадостный) Хюнин Кай (23 года 1,83 характер мжизнерадостный, любопытный и целеустремленный) Чхве Ёнджун(26 лет 1,82 м характер трудолюбивый и уверенный в себе исполнитель) Кан Тэхён(24 года 1,77 м характер зрелая, логичная и прямолинейная) *пожалуйста если понравится подпишитесь*❤️

В детдом её привели, когда ей было шесть. Маленькая, тихая, с большими глазами, она почти не плакала — только крепко держала старую игрушку, словно это был весь её мир. Прошло два года. Ей исполнилось восемь. Она научилась улыбаться другим детям, но внутри всё ещё ждала… сама не зная чего. В тот день в детдом пришёл мужчина — высокий, в строгом пальто, но с удивительно тёплым взглядом. Он разговаривал с воспитателями, улыбался детям, но вдруг замолчал. Его взгляд остановился на ней. Она сидела в стороне, рисовала что-то простым карандашом. Он подошёл, присел рядом: — Можно посмотреть? Она молча протянула рисунок. На нём был дом. И рядом — двое. Мужчина долго смотрел, а потом тихо сказал: — Пойдёшь со мной? Девочка подняла глаза… и впервые за долгое время улыбнулась по-настоящему. В тот день у неё появился дом.

В колледже ?Академия Северного Рейна? ходили легенды о парне, которого боялись даже преподаватели. Его звали Дамиан. Хладнокровный. Жестокий. Безжалостный. Он не повышал голос — ему это было не нужно. Один взгляд — и люди замолкали. Даже директор старался не пересекаться с ним лишний раз. Дамиан был тем, кто ломал правила… и тех, кто пытался ему перечить. У него была своя компания — единственные, кто мог стоять рядом с ним без страха: Алекс — резкий и вспыльчивый, Райан — насмешливый и хитрый, Кай — молчаливый, но наблюдательный. Они сидели на заднем дворе колледжа, когда Алекс первым нарушил тишину: — Слышали? У нас новенькая. Дамиан даже не повернул голову. — И что? — холодно бросил он. Райан усмехнулся: — Не ?что?. Она… другая. Не похожа на этих серых мышей. Кай добавил, глядя в сторону входа: — Уже половина колледжа на неё пялится. Дамиан лениво поднял взгляд. И в этот момент он её увидел. Она шла по коридору уверенно, словно не замечала чужих взглядов. Длинные волосы до талии мягко колыхались при каждом шаге. Короткая юбка, рубашка — всё просто, но в ней было что-то, что притягивало. Не страх.

Фанаты кричали, держали светящиеся палочки и плакаты. — Мы почти у сцены! — радостно прошептала Соня. Свет резко погас. Музыка начала греметь по всему залу. И через секунду на сцене появились пять силуэтов. Толпа взорвалась криками. — PLAVE!!! Прожекторы осветили их лица. Серебряные, розовые, блондинистые и тёмные волосы сверкали под светом. Ты подняла глаза… и неожиданно встретилась взглядом с Эйденом. Он на секунду замер. И улыбнулся именно тебе. — Подожди… — тихо прошептала ты. Почему из тысяч людей он смотрел прямо на тебя?

Но судьба приготовила для сестёр другую жизнь. В лесу их нашла Мать драконов — древняя женщина, живущая среди драконов и понимающая их язык. Она пожалела детей и забрала их к себе. Прошло семь лет. Принцессы выросли среди гор, туманов и драконьих гнёзд. Они научились не бояться огромных крыльев и огненного дыхания. Аурелия смело летала на молодом красном драконе, Морвейн умела успокаивать самых свирепых чёрных драконов, а маленькая Элинария играла с серебряными дракончиками, которые следовали за ней повсюду

Тёплый вечер медленно опускался на город. Улицы уже начали наполняться мягким светом фонарей, а прохладный ветер тихо шуршал листьями деревьев. Т/И шла по тротуару, направляясь в небольшой магазин на углу. В наушниках играла тихая музыка, и она почти не обращала внимания на людей вокруг. День в университете был долгим, и ей хотелось лишь купить что-нибудь вкусное и спокойно вернуться домой. Вдруг рядом с ней послышались тяжёлые шаги. Она сняла один наушник и краем глаза заметила знакомую фигуру. Высокий парень в тёмной одежде шёл рядом, засунув руки в карманы. Чёрные волосы падали ему на глаза, а на губах играла лёгкая, чуть насмешливая улыбка. Это был Хёнджин. В университете его знали почти все. Кто-то говорил, что он хулиган, кто-то — что просто слишком дерзкий. Он часто попадал в неприятности, прогуливал лекции и всегда выглядел так, будто ему абсолютно всё равно на правила. Т/И вздохнула и попыталась пройти мимо, делая вид, что не заметила его.

В комнате было тихо. Только мягкий свет свечи освещал стены и делал тени длинными и тёплыми. Молодой парень сидел на диване, немного ссутулившись. Его растрёпанные волосы падали на глаза, а в ушах были чёрные туннели. Он задумчиво листал что-то в телефоне, иногда останавливаясь и долго смотря на экран, будто искал там ответы. В соседней комнате его девушка стояла у окна. За стеклом была тёмная ночь и редкие огни улицы. Она молча смотрела наружу, обняв себя руками. В её голове крутились мысли, которые она никак не могла решить озвучить. Несколько минут она просто стояла так, слушая тишину квартиры.Потом тихо вздохнула. Она вышла из комнаты и медленно подошла к дивану. Парень даже не заметил её сразу — он всё ещё смотрел в телефон. Девушка осторожно села рядом. Диван чуть скрипнул.

В комнате повисла тяжёлая тишина. И тогда дверь открылась. Вошёл его дедушка, а рядом с ним — скромная девушка в простом платье. Её звали Мэй Линь. Она была из бедной семьи и смотрела на всё вокруг с тихим смущением. Ли Вэйшэн медленно подошёл к ней. Его взгляд впервые за долгое время стал мягче. Он осторожно приподнял край её воротника — и увидел настоящий родимый знак в форме нежного лотоса. Он был светло-розовым и казался живым. В этот момент его снова накрыла слабость. Но вместо боли он почувствовал тепло. Кровь из носа не пошла. Мэй Линь испуганно протянула к нему руку. — Вы в порядке? — тихо спросила она. И впервые за долгие годы Ли Вэйшэн улыбнулся.

🩸HELP🩸 — 2 часть Майкл: читает бумаги Очень интересно, как они нашли это, ведь его вещи пропали очень давно. Белла: собрала документы Я пойду поищу, до свидания, мистер Майкл. Майкл: До свидания. Через 5 часов. В дверь постучали. Майкл: Да? Вошёл Ник, полицейский и лучший друг Майкла. Ник: Привет, Майкл, я принёс документы про пропавшего человека — Александра Сергеевича. Он родился в 1899 году, ему было 52 во время пропажи. У него была дочь Алиса, 17 лет, и сын Андрей, 25 лет. Жена погибла во время родов, её звали Мария. Вот фотография её, — показал молодую Марию на фото рядом с сыном Андреем. Майкл: посмотрел на фото А где сейчас их дети? Ник: Андрей уехал из страны, а Алиса вышла замуж, и у неё есть два сына. Майкл: Свяжись с Алисой. Ник: Хорошо, давай, я тогда пошёл. Ушёл. На телефон Майкла пришло сообщение от Беллы: фотографии с шерстью не животного — что-то большое.

Ты выглядишь так, будто тебя ведут на экзамен, — усмехнулся сидящий напротив омега. Это был его лучший друг — Рэй. Полная противоположность Лиану: живой, дерзкий, с короткими тёмными волосами и вечно искрящимися глазами. — Я просто… не понимаю, зачем ты меня туда ведёшь, — тихо ответил Лиан. — Там будут альфы. Рэй пожал плечами: — Это просто компания. Они не кусаются. Ну… почти. Лиан вздохнул. — Рэй… — Лиан, ты всё время прячешься. Нельзя же всю жизнь проводить среди книг и травяного чая. Иногда нужно выйти в мир. Я рядом, всё будет нормально. Он сказал это так уверенно, что Лиан не смог отказаться. Они пришли, когда небо уже потемнело. Это было не шумное место — скорее закрытый лаунж, куда приходили ?свои?. Тёплый свет ламп, тихая музыка, запах дерева и чего-то пряного в воздухе. Но стоило Лиану переступить порог, как он почувствовал это. Присутствие альф. Сильное. Давящее. Чужое. Его ушки сразу прижались, а пальцы машинально сжали рукав Рэя. — Спокойно, — шепнул тот. — Дыши. За дальним столом сидела компания из четырёх альф. Они разговаривали негромко, но в их голосах была та самая уверенность

Вечер тихо опускался на город. За окном медленно зажигались огни, и лёгкий ветер колыхал занавески, пропуская в комнату прохладный воздух. В спальне было полутемно — только мягкий свет лампы у кровати создавал тёплый островок уюта. Она сидела на краю постели, подтянув ноги и задумчиво глядя куда-то в сторону. На ней была длинная белая рубашка — чуть великоватая, с широкими рукавами. Это была его рубашка. Она надела её почти машинально, когда разбирала шкаф, но потом вдруг почувствовала, как в ней становится особенно спокойно. Ткань всё ещё хранила лёгкий запах его парфюма, и от этого сердце билось мягче. День выдался длинным, и в тишине вечера она позволила себе просто быть — без спешки, без забот. Она перебирала пальцами край рукава и улыбалась своим мыслям. В это время в прихожей щёлкнул замок. Он вернулся с работы, усталый, но привычно задержался на секунду, будто прислушиваясь к дому. Снял пиджак, ослабил галстук и направился в спальню, ожидая увидеть обычный вечер — может, свет, может, её за книгой. Но, открыв дверь, он остановился.

Артём не хотел ехать. Но поехал. Клуб гремел музыкой. Бас бил в грудь, свет резал глаза, толпа двигалась как одно живое существо. Артём стоял у бара, лениво крутя стакан с виски. — Слушай… — голос Ильи стал непривычно серьёзным. — Только не дергайся сразу. Артём медленно поднял глаза. — Что. Илья кивнул в сторону VIP-зоны. И мир на секунду стал тихим. Там была Кристина. Она смеялась. Сидела слишком близко к какому-то парню. Его рука лежала у неё на талии. Не случайно. Не мимоходом. Слишком уверенно. Макс выругался сквозь зубы: — Вот же… Данил уже сделал шаг вперёд, но Артём остановил его одной рукой. — Не надо. Голос был спокойным. Слишком спокойным. Внутри у него ничего не взорвалось. Ничего не сломалось. Просто… стало пусто. — Пошли отсюда, — сказал он. Они вышли на улицу. Холод ударил в лицо, но Артём будто не чувствовал его. Он стоял, смотрел в ночь, пока за спиной хлопала дверь клуба. — Ты нормально? — спросил Данил. Артём уже хотел ответить, что да. Что ему всё равно. Что он давно знал. Но вдруг почувствовал запах. Мягкий. Тёплый. Совсем не похожий на резкие духи Кристины. Запах, от которого у альфы

Он всегда сидел у окна на последней парте — развалившись, будто весь мир ему наскучил. Учителя старались не делать ему замечаний. Одноклассники — не смотреть в глаза. Кейджу не кричал, не устраивал сцен. Он просто… давил. Холодным взглядом, редкой усмешкой, словами, которые резали сильнее, чем крик. Он никого не любил. И, казалось, никто ему не был нужен. Говорили, что он может избить за одно неосторожное слово. Говорили, что он никогда не смеётся по-настоящему. Говорили, что у него вообще нет сердца. В тот день всё было как обычно. — Эй, ты, — лениво протянул Кейджу, пнув ножку парты впереди. — Я разве разрешал тебе садиться сюда? Парень перед ним нервно сжался. — Я… тут всегда сижу… Кейджу поднялся. Медленно. Без злости — и от этого становилось только страшнее. — Уже не сидишь. В классе стояла тишина. Никто не вмешивался. Никогда не вмешивались. И именно в этот момент дверь открылась. Учительница вошла вместе с новой ученицей. — Класс, познакомьтесь. Это Т/И. Она перевелась к нам сегодня.

Люди говорили, что этот корабль появляется перед бурей… и уходит вместе с чужими душами. Его команда была такой же, как их капитан — сильной, молчаливой, хладнокровной. Эти пираты не пели песен, не смеялись у костров и не спорили. Они выполняли приказы. Всегда. И в один вечер они вернулись не с золотом. Шлюпка ударилась о борт. Два матроса поднялись на палубу, ведя за собой пленницу. Это была молодая девушка из племени индейцев. На её запястьях были кожаные ремни, но она не выглядела сломленной. Волосы, тёмные как ночная вода, падали на плечи, глаза сверкали яростью. Даже окружённая вооружёнными пиратами, она не опустила головы. Она вырывалась. Боролась. Пыталась ударить одного из матросов плечом. — Тихая, — сказал кто-то. Но она не была тихой. Капитан Рейвек вышел из своей каюты медленно, как будто уже знал, что увидит. Его тяжёлый плащ скрипнул на ветру. Он остановился перед ней. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Команда замерла. Обычно всё происходило быстро — приказ, решение, судьба. Но сейчас капитан молчал. Девушка что-то сказала на своём языке. Резко. Гордо. Как вызов

Ей было 27, ему — 29. В её венах текла кровь одной из самых опасных мафиозных семей, и её наследие было как нож с двумя лезвиями: дар и проклятие одновременно. Но отец решил иначе. Он женил её на богатом, влиятельном мужчине, видя в этом способ защитить семью… или, возможно, контролировать её. Жили они теперь не как муж и жена, а как враги. Их дом был полон холодной вежливости и сдержанных взглядов, где каждый жест мог быть оружием, а каждое слово — ловушкой. Вечером, когда город погрузился в мягкий полумрак, она вышла из душа в лёгком халате, волосы ещё мокрые, спадающие волнами по спине. В комнате пахло паром и дорогим мылом. Она остановилась у окна, глядя на улицу, и в глазах сверкнуло что-то, чего он не мог понять. Он сидел в кресле напротив, бокал вина в руке, и внимательно наблюдал. Они обменялись молчаливыми взглядами — смесью вызова и интереса. Ни одного слова. Ни одной эмоции, которую можно было бы назвать дружбой. Только напряжение, которое сжимало грудь.

Райна. Высокая, светлые волосами, всегда в кожаной куртке, даже когда было слишком тепло. Она не смотрела на людей — она смотрела сквозь них. Преподаватели не делали ей замечаний. Студенты старались не сталкиваться в коридорах. А слухи росли быстрее, чем расписание менялось. Никто не знал, что каждое утро она приходила в университет не одна. В другом конце кампуса, почти незаметно для окружающих, по аллее шла девушка с книгами, прижатыми к груди. — Прости… можно пройти? — тихо спрашивала она, если кто-то загораживал дорогу. Её редко замечали. тёмные волосы Спокойный взгляд. Почти неслышные шаги. Её звали Эйлин. Она сидела всегда у окна, записывала каждое слово лекции и благодарила преподавателей даже за самые обычные объяснения. Однокурсники называли её «слишком правильной», но быстро забывали — она не давала поводов для разговоров. Никто не связывал её с Райной. Потому что никто не мог представить, что они… …сёстры.