одном древнем Китае, скрытом за туманами гор и шёпотом сакуры, жил император. Но не был он обычным человеком — в его жилах текла кровь древнего лиса-духа. его звали Ли Хунъе "красная ночь" Днём он был безупречным правителем: холодный ум, изящные жесты, голос, от которого замирали придворные. Ночью же… дворец замирал от страха. Говорили, что когда Ли Юаньхун злился или поддавался своим желаниям, его глаза вспыхивали алым светом, как кровь под луной. Тогда он принимал истинный облик — девятихвостого лиса, и ни одна девушка, разделившая с ним ночь, не доживала до рассвета. Их находили без следов борьбы — будто сама жизнь была выпита до последней капли. Поэтому во дворце служанки менялись часто. Слишком часто. Но однажды, в ночь полной луны, во дворец привели новую служанку. Тихую. С тёмными глазами, в которых не было страха.

не кричали не сопротивлялись Ночью вставали с постелей, открывали двери и шагали в туман, будто кто-то знал их по имени. От восьми до восемнадцати — ровно те, чьи души ещё не сделали выбор. Люди запирали дома, ставили обереги, жгли костры. Бесполезно. Туман проходил сквозь стены. Тогда старые книги были открыты, а последнее имя произнесено вслух — имя того, кого нельзя было звать без причины. В заброшенной башне, где когда-то судили ведьм, тьма собралась в человеческий облик. Он вышел из неё, как шаг из сна. Молодой мужчина. Чёрные крылья — сложенные, словно он давно не летал. Над головой — нимб, потемневший, как старое золото. Меч висел за спиной, не обнажённый. — Зачем вы зовёте меня? — спросил он. Это был не гнев. Это было уставшее любопытство. — Дети уходят, — сказали люди. — Мы не можем их остановить. Он закрыл глаза. И туман за стенами дрогнул. — Потому что они слышат правду, — ответил он. — А вы — нет. Люди не поняли. — Мы просим тебя, — сказала женщина с пустыми руками. — Верни их. Возьми что хочешь взамен. Он посмотрел на толпу. Потом — на девушку, стоявшую рядом с матерью. Ей было восемнадцать.

Отец семейства задолжал. Не немного — слишком много. И не тем людям. Мать дрожала, прижимая к себе младшую дочь — восьмилетнюю девочку, которая ещё не понимала, почему взрослые так боятся тишины. Старшая дочь, двадцати пяти лет, стояла прямо. Она пыталась не показывать страх, но пальцы выдавали её — сжатые до боли. Их не били. Это было хуже. — Он хочет видеть вас, — спокойно сказал один из людей мафиози. — Это не просьба. Их привезли в старый особняк в центре города. Там пахло дорогим алкоголем и холодом. Мафиозник сидел у окна, спиной к ним. Он смотрел на город так, будто владел им. — Деньги, — сказал он, не оборачиваясь. — Это всегда про выбор. Отец упал на колени. Он говорил, что не может. Что бизнес рухнул. Что он вернёт, клянётся. Мафиозник медленно повернулся. Его взгляд остановился не на отце. На старшей дочери. — Долги редко возвращают деньгами, — тихо сказал он. В этот момент девочка, младшая, сжала руку сестры. И это движение он заметил. Тишина затянулась. — Уведите ребёнка, — сказал он внезапно. — И мать. Пусть ждут. Когда двери закрылись, он снова посмотрел на старшую дочь

Встреча в саду Однажды ранним утром Амина гуляла по дворцовому саду. Солнечные лучи играли на фонтанах, воздух был наполнен ароматом апельсиновых цветов. Рядом с ней шли служанки — Лейла и Сафия. Вдруг у главных ворот сада появилась стража. Они вели молодого пленника. Его руки были связаны, а лицо скрывал темный капюшон. Он шел спокойно, не сопротивляясь, словно уже принял свою судьбу. Амина замедлила шаг. Ее взгляд задержался на пленнике — в его осанке было что-то необычное, не похожее на обычного преступника. Она тихо спросила: — Кто это? Лейла, первая служанка, склонила голову: — Моя госпожа, это сын врага. Его привезли этой ночью. Говорят, он наследник дома, который много лет воевал с вашим отцом. Амина нахмурилась. — Сын врага?.. — повторила она задумчиво. Сафия добавила шепотом: — Его зовут Зейд ибн Харун. Он был захвачен в последнем сражении. В этот миг пленник слегка поднял голову. Капюшон все еще скрывал его лицо, но Амина почувствовала — он слышал ее голос. И почему-то сердце девушки дрогнуло, словно судьба сделала первый, едва заметный шаг…

Он был одним из самых богатых людей в городе. Холодный, закрытый, привыкший, что всё в его жизни решают цифры, договоры и мать. Именно она однажды привела в дом девушку — слишком молодую, слишком красивую для этого мрачного особняка. Свадьба была пышной, но чужой: улыбки для гостей, пустота — для них двоих. Прошло два месяца. Два месяца тишины. Он не прикасался к ней. Ни случайно, ни намеренно. Они жили под одной крышей, но словно в разных мирах. Он уходил рано, возвращался поздно. Она училась быть тенью — тихой, незаметной, благодарной. В тот вечер он вернулся особенно уставшим. Даже не поужинал. Просто прошёл в спальню, сел на край кровати и, не раздеваясь, лёг. Сон накрыл его почти сразу — тяжёлый, без снов. Она вышла из душа, завёрнутая в полотенце, и замерла на пороге. Он спал.

Она была самой быстрой и сильной из всех, кого знал этот край. Её светлые волосы прятались под тёмным капюшоном, а за спиной всегда был лук — лёгкий, но смертельно точный. Айрин никогда не промахивалась. Говорили, что она выпускала стрелу быстрее, чем ветер успевал сменить направление. Айрин не жила в замке и не искала славы. Она охраняла дороги, помогала тем, кто не мог защитить себя, и появлялась там, где была нужна… а потом исчезала. В одной небольшой деревне, на самом краю леса, жил парень по имени Мик. Он был обычным — не воином, не магом. Он чинил заборы, помогал соседям и мечтал увидеть мир дальше холмов. Но больше всего он мечтал о том, чтобы деревня была в безопасности. Однажды ночью в лесу послышались шаги. Не звериные. Люди заперли двери и погасили огни. И тогда на опушке появилась она. В капюшоне, с луком в руке, словно тень между деревьями.

Lira was a young omega who had learned early how to disappear in plain sight. She wore oversized clothes, kept her head down, and moved through the streets like a shadow. Most people never noticed her — and that was exactly how she survived.But he noticed. Adrian was an alpha who did not announce himself. No sharp dominance, no loud presence. He blended into silence, watching instead of acting. Those who knew him understood that his restraint was more dangerous than aggression.Their paths crossed on a rainy evening, under flickering streetlights. Lira felt it first — a quiet pull, unfamiliar and unsettling. She froze, heart racing, ready to run.

В городе его имя не произносили вслух. Те, кто знал, предпочитали молчать. Он был самым опасным убийцей — не из-за жестокости, а из-за тишины. Он никогда не оставлял следов. Никогда не ошибался. Вечером, когда неоновые огни ночного клуба вспыхнули, как предупреждение, молодая девушка шла по улице, поправляя куртку. Музыка уже гремела изнутри, обещая забытьё, танцы и чужие улыбки. Она шла туда просто развлечься — так она думала. Внутри клуб был наполнен дымом, светом и шумом. В VIP-зоне, чуть в стороне от танцпола, он сидел за столиком. Чёрная одежда, спокойная осанка, взгляд человека, который видит больше, чем остальные. В его руке был стакан виски — янтарная жидкость медленно покачивалась, когда он делал глоток. Он не охотился в этот вечер. По крайней мере, так казалось. Он просто наблюдал. Девушка появилась в его поле зрения случайно — смех, быстрый шаг, немного нервные движения. Она не знала, что за ней уже следят, но не так, как обычно следят мужчины в клубах. Его взгляд не был жадным или заинтересованным. Он был оценивающим.

В городе Равенна было правило, о котором не писали в законах, но знали все. Когда девушке исполнялось восемнадцать, её могли «выбрать». Его имя не произносили вслух. Говорили просто — Хозяин. Он контролировал улицы, бизнес, полицию и даже молчание людей. Каждый знал: если на твоём доме появлялся чёрный знак — выбора нет. Многие девушки уходили в его особняк. Ни одна не осталась там надолго. Одни возвращались сломленными, другие — не возвращались вовсе. Город делал вид, что этого не замечает. На окраине Равенны жила бедная семья — мать, отец и их дочь, Алина. Они едва сводили концы с концами, но берегли главное — друг друга. В день, когда Алине исполнилось восемнадцать, в дверь постучали. Не полиция. Не соседи. Люди Хозяина. Чёрный знак остался на двери, как приговор. — Мы не можем… — прошептала мать. — Если откажемся, погибнем все, — ответил отец, не поднимая глаз. Алина всё поняла без слов. Она не плакала. Только крепко обняла мать и сказала: — Я справлюсь.

В старом доме с высокими окнами и тяжёлыми шторами жила госпожа Элеонора. Её имя произносили вполголоса, с уважением и лёгким страхом. Она была образованна, сдержанна и казалась холодной — словно фарфор, который красив, но к которому боятся прикоснуться. Слуга по имени Лукас появился в доме незаметно. Он не умел говорить красиво, не знал придворных манер и носил простую одежду. Его ценили за другое: за терпение, за честность и за взгляд, в котором не было ни лести, ни жадности. Поначалу Элеонора почти не замечала его. Он подавал чай, помогал с книгами, зажигал свечи. Но однажды она задержала взгляд — всего на мгновение. Лукас стоял у окна, освещённый мягким светом, и слушал её так внимательно, словно каждое слово имело значение. Не как слуга. Как человек

В одном далёком королевстве, где осень длилась дольше весны, правил император — холодный, молчаливый и почти легендарный. О нём говорили, что он не улыбается с тех пор, как взошёл на трон, и что сердце его закрыто так же надёжно, как ворота дворца из чёрного нефрита. Однажды ко двору прибыло посольство из покорённых земель. В знак покорности они привезли дары: золото, шёлка, редкие благовония… и новых слуг для императорского дворца. Среди них был один, кто сразу привлёк внимание. Он был слишком красив для простого слуги: длинные тёмные волосы, спокойный взгляд и осанка, в которой чувствовалось благородство, будто он привык стоять не в тени, а под светом трона. Его лицо было безмятежным, но в глазах таилась глубина — словно он хранил тайны, о которых не смел говорить. Когда слуг выстроили перед троном, император лишь мельком скользил по ним взглядом… пока не остановился. Их глаза встретились — всего на миг. Но в этот миг во дворцовом зале будто стало тише. Император не задал ни одного вопроса, лишь произнёс: — Оставьте этого. Он будет служить во внутренних покоях.

В одном королевстве жила красивая принцесса с золотыми волосами. Дворец был полон слуг, правил и бесконечных ожиданий, и в тот день сердце принцессы особенно тянуло к свободе. Она тихо убежала от слуг и скрылась в лесу, где солнечные лучи играли между листьями, а воздух был наполнен запахом трав и цветов. Она шла медленно, наслаждаясь тишиной, слушая пение птиц и шорох ветра. Впервые за долгое время ей не нужно было быть «идеальной» — она просто гуляла, как обычная девушка. В глубине леса принцесса вышла к озеру. Вода была прозрачной, словно зеркало, и отражала небо. У берега стоял юноша. Он смотрел на воду так задумчиво, будто искал в ней ответы на важные вопросы. Это был принц из другого королевства, тоже сбежавший от своей судьбы хотя бы на один день.

Давным-давно, в древнем королевстве Ноктариум, где башни поднимались выше туманов, а солнце было редким гостем, правил Тёмный король. Он был древен, как сами камни замка, и носил корону из чёрного железа, чьи шипы напоминали о бесчисленных войнах. Его боялись, его ненавидели, но никто не смел отрицать — при нём королевство стояло нерушимо. В тот вечер Тёмный король сидел в великом зале на своём троне. Факелы отбрасывали дрожащие тени по стенам, украшенным знаменами павших врагов. Завтра должна была состояться свадьба — событие, о котором шептались во всех землях. Он взял в жёны юную принцессу из Светлых королевств. Союз, который должен был положить конец многолетней вражде… или породить новую. Король держал руки на рукояти меча — не из привычки к битве, а из беспокойства. Принцесса была слишком молода, слишком светла для его мрачного двора. Говорили, что её улыбка могла разогнать страх, а голос — утихомирить ярость. Именно этого он и опасался.

Стрей Кидс, 8 участников: Феликс — это ты, Хенджин, Сынмин, Банчан, Хан Джисон, Минхо, Чонин, Чан Бин. История 🌙: все вернулись из тренировки, Банчан пошёл на кухню, Чан Бин пошёл в комнату, а остальные пошли в гостиную.

Дорога тянулась узкой лентой между высоких сосен. Дождь только что прошёл, и фары дома на колёсах отражались в мокром асфальте, словно дорога была живой. Внутри ехали шесть человек. За рулём сидел Майкл, 25 лет — бывший полицейский. Он почти не улыбался и внимательно следил за дорогой, будто ожидал, что из темноты может выскочить что угодно. Рядом с ним развалился Джей, 24 года — вечный шутник, который смеялся даже тогда, когда было не смешно. Сзади, у окна, молча сидел Феликс, 26 лет — красивый, спокойный, с таким взглядом, будто он всегда замечает больше, чем говорит. С ними ехали девушки. Анастасия, 21 год, студентка медуниверситета, держала в руках телефон, но связь давно пропала. Мария, 19 лет, бывшая девушка Джея, делала вид, что смотрит в окно, хотя на самом деле старалась не встречаться с ним взглядом. А рядом с ней — Эйлин, 18 лет, самая младшая. Тихая, хрупкая, с мягким голосом и добрыми глазами. Она крепко сжимала рукава своего свитера, будто лес за окном пугал её больше, чем остальных.

Молодой парень сидел за компьютером, полностью погружённый в игру. Экран мерцал от ярких вспышек, а пальцы летали по клавишам с удивительной скоростью. Он почти не замечал, как часы тихо тянулись. Вдруг в комнату тихо заглянула его девушка. Она посмотрела на него с улыбкой и скользнула взглядом по монитору, где его персонаж отчаянно сражался с боссом. — Эй, герой, — сказала она мягко, но с ноткой шутки в голосе. — Ты опять в плену этой игры? Он поднял голову, немного смутившись, и улыбнулся: — Ну… почти. Поймать последнего босса без тебя сложнее.Она засмеялась, присела рядом и положила руку ему на плечо. В комнате повисло тепло, а экран игры будто стал меньше, потому что рядом с ним была она.

храма сидел ниндзя по имени Кайро. Его чёрные повязки развевались на ветру, а рука лежала на рукояти меча. Он был одним из лучших учеников Школы Тени — молчаливым, быстрым и всегда настороже. Ночами он тренировался один, наблюдая за деревней сверху, как настоящий страж. На следующий день в школе произошло редкое событие — появилась новенькая. Её звали Ая. Она пришла из далёкой горной деревни, где ниндзя учили не только сражаться, но и слушать мир вокруг. В отличие от остальных учеников, она не старалась сразу показать силу. Она внимательно смотрела, запоминала и задавала неожиданные вопросы учителям. С первого же урока стало ясно: Ая двигается иначе. Там, где другие полагались на скорость, она выбирала точность. Там, где остальные прыгали вперёд, она могла исчезнуть в тени, будто растворяясь в воздухе. Кайро заметил её во время ночной тренировки. Он снова был на крыше, когда почувствовал чьё-то присутствие. В следующую секунду рядом бесшумно приземлилась Ая.

В одной школе был хулиган по имени Алексей. Несмотря на его репутацию, у него были настоящие друзья: Максим, Кай, Рэй, Лиам, Дима и Томас. Все они учились на отлично, и учителя их очень любили, ведь хоть Алексей и был хулиганом на словах, на деле он и его друзья всегда помогали одноклассникам и умели решать проблемы мирным путём. Они учились в 11 классе, и казалось, что ничего особенного больше в этой школе их не ждёт. Но однажды в школу пришла новенькая. Она была невероятно красива: чёрные волосы до талии, сияющие глаза и грациозная походка. На уроке учитель сказал: — Ребята, познакомьтесь, это новенькая. Она приехала из Кореи. Все обернулись, и в классе повисла тишина. Алексей, как самый заметный в классе, не мог удержаться и прошёлся взглядом по девушке. Он был немного заинтригован — она выглядела так, будто с ней связано что-то необычное.

В маленькой деревне жила девушка по имени Эйлин. Её семья была бедной, часто не хватало еды, а родители мечтали хоть как-то улучшить своё положение. Когда Эйлине исполнилось восемнадцать, родители сообщили ей страшную новость: они нашли богатого жениха — Кай, сына местного купца, который владел огромным состоянием. Эйлин должна была выйти за него замуж, чтобы семья могла жить без нужды. Эйлин не хотела этого брака. Она мечтала о любви, о возможности учиться и строить свою жизнь самостоятельно. Но семья настаивала: «Это твой долг, Эйлин. Ты должна помочь нам». Сердце девушки сжималось от боли, но она понимала, что спорить бесполезно.