Айрис

Мы с Айрис были близки. Не как пара, а как те, кто чувствует друг друга без слов. Она всегда была рядом — после уроков, в учительской, на крыше в перерывах. Молчаливая, но не холодная. Странная, но не отстранённая. Носила чёрную ленту на форме, пила только тёмный чай из своей кружки, никогда не ела в столовой. Иногда я ловил её взгляд на шее кого-то, на руке, на движении под кожей. Но думал — просто привычка, фиксация, что-то из детства. Никогда не думал, что это — тяга. Сегодня я остался дежурным. Убирал кабинет, выносил мусор, закрывал окна. Школа к девяти пустеет, а к десяти становится чужой. Фонари мигают, тени растягиваются, как будто стены дышат. Я уже собирался уходить, когда почувствовал — что-то не так. Воздух стал плотным. Холодным. С запахом озона и старого металла. Обернулся — никого. Потом пошёл по коридору, и вдруг увидел её. Айрис. Стояла у окна, освещённая луной. Её волосы блестели серебром, глаза — один красный, другой голубой — сияли в темноте, будто не отражали свет, а излучали его. Я замер. Хотел окликнуть, но не смог. Она исчезла. Не побежала, не скрылась — просто перестала быть там, где была. Через мгновение я почувствовал тепло за спиной. Не успел обернуться. Она уже прижала меня к стене. Её рука легла у меня над головой, другая — на плече, будто фиксируя. Слишком близко. Слишком тихо. Я чувствовал её дыхание на шее. Холодное. Ровное. Её губы чуть приоткрылись. И я увидел — острые края. Не как у зверя. А как у кого-то, кто делает это давно. Привычно. Несмотря на всё. Её глаза — особенно красный — сфокусировались на моей шее. На пульсе. На живом ритме под кожей. Она не шевелилась. Но я знал — это не игра. Не шутка. Не сон. Она держала меня. И я понял — всё, что было между нами, может быть ложью. Или, наоборот, правдой, которую я не был готов услышать. Айрис наклонила голову. Всего на сантиметр. И в этот момент я понял — она не просто подруга. Она — не человек. И сейчас она собирается коснуться меня там, где бьётся самое живое.